Преп. Сергий / К началу

Карта сайта

Проф. УСПЕНСКИЙ Н.Д.

ХРИСТИАНСКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ УТРЕНЯ

Песенная утреня по описанию бл. Симеона, архиепископа Солунского

 

Следующее после описания Сильвии сообщение об утреннем богослужении относится к VII столетию. Это описание Иоанном Мосхом утрени, которую наблюдал он и его спутник, впоследствии патриарх, Софроний, совершаемую аввой Нилом Синайским: “Внегда же свершихом вечерняя, — пишет он, — предложи нам трапезу и по вечери начахом правила и поеже реши 50 псалом и Отче наш, послание, начат глаголати старец Господи помилуй до пятидесят и седшим нас прочте един от ученик его соборное послание Иаковле. И восставше паки начахом пети второе статие 50 псалом, и по совершении 50 псалма, даст другому брату и прочте в той же книге первое соборное послание и восставше начахом пети третие статие 50 псалма и совершивше 150 псалмов и рекше Отче наш и Господи помилуй и седохом и дасть ми старец книгу и прочтох соборное послание Иоанново и вставше начахо такожде тихо пети песни Моисееви без тропарей и ни на третьей песни ни на шестой сотвори междопесние по Отче наш и Господи помилуй, рекше же и Хвалите Господа без тропарей и начат глаголати слава в вышних Богу, верую во единого Бога, и тако Отче наш и Господи помилуй, приложи убо старец и се глаголя. Сыне и Слове Божий, Господи Иисусе Христе Боже наш, помилуй нас и помози и спасу душу нашу и рекшим нам аминь седохом” (Никон Черногорец. Пандекты, сл.29).

В утрене аввы Нила имеются песнопения, общие с рассмотренной ранее, а именно песни Моисеевы, Хвалите Господа с небес и Слава в вышних Богу. Однако назвать утреню аввы Нила результатом непосредственного развития той, которая известна из “Завещания” и из описания Сильвии, нельзя. В самом деле, если в этих памятниках существеннейшей чертой богослужения является широкое использование в нем пения, то в утрене аввы Нила место пения занимает чтение. Здесь прочитывалась вся псалтирь, разделенная на 3 статьи, и за каждой такой статьей полагалось еще чтение одного из посланий апостольских. Даже песни Моисеевы, и те пелись, как заметили Иоанн и Софроний, “тихо... без тропарей”. Между 3 и 6 песнями опять же не было никакого вставного песнопения (“междопесние”), но только читалось Отче наш и Господи помилуй. Также исполнялись и хвалитные псалмы. Великое же славословие, видимо, читал сам авва Нил. Наряду со сплошным чтением, молитвы, которые в Иерусалиме читали между псалмами иереи, на синайской утрене отсутствовали. Как видно из дальнейшего сообщения Иоанна и Софрония, эти особенности утрени аввы Нила были настолько отличительными от общепринятого в церкви чина, что это обстоятельство послужило им поводом к обвинению старца в отступлении от общецерковных порядков. “Почто, авва, не храните чин соборныя и апостольския церкви? — спросили они по этому поводу старца. — ...с нощи на вечерни святыя недели ни на Господи воззвах тропаря нет, ни на Свете тихий, ни на Сподоби Господи, ниже на каноне Бог Господь, ни на стихопсаломстей седальни воскресни, ни на месни святых триех строк тропаря. Но ниже на евангелии всяко дыхание. Ни на славословии воскресения Спасова, еже хвалим?...” (Никон Черногорец. Пандекты, сл.29).

Иоанн и Софроний были правы в том смысле, что отправляемая аввой Нилом утреня существенным образом отличалась от общепринятого в церкви чина. Ввиду сказанного, было бы неправильно ставить утреню аввы Нила в генетическую связь с той же иерусалимской утреней. Утреня аввы Нила иного происхождения; это отметил сам подвижник, сказав своим собеседникам: “Пение бо и тропари о них же реклы есте, истину вам глаголю, и нелжу, нетолько ползуют иночествующих, елико вредят, сия бо не суть иноческих, но мирских человек и украшение и слава соборныя церкве, пения бо ради и людие в церкви собираются. Нам же иночествующим подобно есть не высочайший путь, но худший и преклонение коленом и слезам источники, и еще же посты и бдения и низолегание и смирение с трудом и всяческими удержанмы и своея немощи чувствование” (Там же).

В дальнейшем я еще вернусь к утрене аввы Нила, а в настоящий момент обращусь к рассмотрению памятника, хотя и более позднего, но излагающего утреню, в общих чертах близкую к иерусалимской времен Сильвии. Это — описание утрени, принадлежащее перу блаженного Симеона Солунского (+1429 или 1430 г.), о которой он сам говорит, как о “переданной издревле от отцов” и “изначала совершавшейся во всех вселенских церквах песненно”, так что на ней “ничего не произносилось как только нараспев, за исключением лишь только иерейских молитв и диаконских прошений” (Минь. Патр. гр., т.155, стр.624).

Привожу это единственное в литургической литературе полное и обстоятельное описание древней утрени с пропуском лишь комментариев блаж. Симеона символического характера: “Заключаются царские двери божественнейшего храма... и становится священник пред дверьми...  благословляет Бога... , говоря: “Благословенно царство Отца и Сына и Святаго Духа”. И тотчас присоединяет все “мирная” и “Заступи, спаси, помилуй”. И певец тотчас поет часть имеющего быть петым псалма... : “И спах, слава Тебе, Боже”. И после того, как священник скажет “Пресвятую, пречистую...” и “Яко подобает тебе всякая слава...”, песненно (певчески — meta melonz) говорит певец: “Уснув и спах, слава Тебе, Боже”. И таким образом начав псалом “Господи, что ся умножиша”, совершает его по стихам (постишно) весь с прочими псалмами, причем тот и другой хор говорит: “Слава Тебе, Боже”. Говорятся же вместе три псалма во образ и в честь всесвятей Троицы, именно — самый “Господи, что ся умножиша...”, “Боже, Боже мой, к тебе утреннюю...” и “Се благословите Господа...”. На этих трех (псалмах) в праздники поются и троичны, т.е. “Слава Тебе, Отче, слава Тебе, Сыне, слава Тебе, Святый Душе” и подобные. В простые же дни и в воскресенья, кроме воскресений отцов и праотцов, только “Слава Тебе, Боже”, потом “Слава” и опять “Слава Тебе, Боже”, “И ныне” — тоже и опять “дополнительная” (слава? — kai pebisshn aujiz) высоким гласом тоже. И священник: “Пресвятую” и возглас. И тотчас певец: “Непорочнии в путь, аллилуиа”, “Блажени непорочнии в путь” и прочее стиха и аллилуиа. И таким образом опять обоими хорами стихи с “аллилуиа” для исполнения всего первого стояния (thz prwthz staaewz olhz pleromenhz). Потом “Слава и Ныне” и “дополнительная”, “Аллилуиа”. И священник опять малую ектению. Певец: “Вразуми мя, Господи”. Священник: “Пресвятую, пречистую” и возглас. И певец: “Руце твои сотвористе мя и создасте мя” и остальное псалма с припевом: “Вразуми мя, Господи”. И остальные стихи (поются) обоими хорями с “Вразуми мя, Господи”, “Слава и ныне” и “дополнительная” тоже: “Вразуми мя, Господи”. Потом опять священник малую ектению. Певец: “Вселенную, аллилуиа”. Священник: “Пресвятую” и возглас. Певец: “Призри на мя и помилуй мя, аллилуиа”. И тотчас отворяет одну половину дверей... Итак, стихи говорятся обоими хорами до “Да взыдет моление мое пред Тя, Господи”. Тогда же... отворяются двери священником. И велегласно поется так называемое входное с Аллилуиа, между тем как все входят... в предшествии священника, держащего крест... В крест же водружены (втравлены) и три свечи... И тотчас по входе преклоняет священник главу, принося благодарение Господу. Если же присутствует и архиерей, то и он преклоняет главу вместе со священником, и говорят молитву входа. И благословляет архиерей, говоря: “Благословен вход святых Твоих, Господи”. Итак, один архиерей входит в великую дверь в предшествии ему священника и диакона... Прочие же входят боковыми дверями или все позади... и поют оба хора, стоя в средине церкви, оставшееся псалма... “Да будет рука Твоя — говорит спасти мя”, и “Да живет душа моя и да восхвалит Тя”, и “Умилосердися яко о овце погибшей, взыщи раба Твоего”. Потом “Слава и Ныне”, и опять велегласно поется Аллилуиа... тотчас (затем) “Благословите все деля Господни Господа, пойте и превозносите его во веки”, — поется же пением красным (украшенным — meta asmatoz emmelouz). Когда сие поется, восходят, причем священник держит крест... к олтарю, последуемые всеми... И архиерей восходит на самый престол... — под престолом же разумею стасидию. Крест же водружается на амвон насупротив олтаря. И поется красно (emmelouz)  велегласно вся песнь святых трех отроков с “Благословите...” и “Благословим Отца и Сына и Св.Духа, Господа, и ныне, и присно”. И наконец “дополнительная”, “Хвалим, благословим, поем и поклоняемся Господеви” ... и тотчас славословим вину воплощения слова — Богоматерь, говоря: “Тя необоримую стену, спасения забрало” (ocurwma).

Должно знать, что во время пения трех первых псалмов (в притворе — Н.У.) священник возносит к Богу утренние молитвы. Потом, когда начнут “непорочен”, он берет кадило и, положив фимиам (ладан) и благословив, а если присутствует архиерей то сей благословляет фимиам, — начинает (кадить) от правой стороны нартекса, где находится на стене святая икона архангела, и кадит кругом нартекс по столпам (peri touz emeliouz), и по стенам, а стоящие у стен отступают и опять становятся. И возвратившись туда, откуда начал, творит образ креста кадилом, говоря: “Премудрость, прости” — одна свеча предносится пред ним в одни (только) праздники и в нартексе зажигаются малые и немногие свечи. Певец же, приглашая его (священника), возглашает: “Благословен еси, Господи”, ибо обычно, чтобы этот стих был при конце каждения. И священник говорит тихим гласом: “Премудрость, прости” и тотчас идет кадить архиерея и затем остальных всех. Потом, вошедши чрез боковую дверь в храм, в молчании кадит весь его, а он (Храм) остается затворенным, как сказано. И вошед в олтарь и покадив там и положив кадило, берет честный крест, который стоит позади священного престола, и никто не предшествует ему и нет (предносимых) свечей, но только один он или диакон. И вышед (из храма) другою боковою дверию и преклоняя главу пред архиереем, несет и ставит крест на правой стороне (нартекса) близ великих дверей божественного храма, где он стоит до окончания псалмов. Тогда возжигается в нем три свечи и отворяются двери и бывает торжественный вход... Когда (в чине утрени — Н.У.) предложено будет чтение, и преимущественно из Синаксаря (Пролого), возвещающее (подвиги) пострадавших за Христа и историю наступающего праздника или дела праведно скончавшихся для Христа... , опять бывает ектения и “Помилуй мя, Боже”, с приличным припевом, что называется пятидесятным (to penthcoztarion).

Пятидесятное же (так) называется потому, что псалом пятьдесятый... Итак, пятидесятное подобающим образом (ammodioz) говорится на этом псалме (en toutw), по стиху на обоих хорах, (а) отпустительное или дня или праздника или святого. И в господские праздники “Слава, и Ныне” праздника, а в простые дни — дня. И на “Не отвержи мене от лица Твоего” (поется) — “Предстательство христиан”. На “Славу” — “Единородный” и на “Ныне” — “Преславную”, и тотчас каноны (ei canonez) праздника или святого, которые приложили мы для благоукрашения и для благоустроения церкви, в славу Божию и святых Его. И поются на восемь, если два(святые); на шесть, если великий святой; на четыре, если нет празднуемого (святого)... Прежде каноны не пелись на песненной (утрене), но после пятьдесятого псалма и после ектении тотчас говорились “Хвалите”. Ныне же после канонов говорятся ексапостиларии. Потом малая ектения. И тотчас “Хвалите”... Певец первого хора: “Хвалите Господа с небес, Тебе подобает песнь Богу”, и другой в другой стих то же самое; и говорят подобным образом и другие шесть стихов... , а на “Хвалите Господа от земли” — “Дайте славу Богу” и на остальные шесть стихов. А на “Вознесеся имя его” — “Тому подобает хвала” и следующие. На “Восхвалят имя его” — “Слава Тебе, Святый Отче”, и на другой (стих) (т.е.) на “Возвышения Божии” — “Сыне Божий, помилуй нас” и (еще другой стих (т.е.) на “Связати цари их узами” — “Пощади нас, Господи, ради Духа святаго” ... На “Хвалите Бога во святых Его” — “Сыне Божий, помилуй нас”. И на прочие подобным образом. На “Хвалите Его в кимвалах доброгласных” — “Слава Тебе, показавшему свет” и на прочие после него. Потом “Благословен Господь, Бог Израилев, яко несети и сотвори избавление людем своим”. И это говорят на всех стихах... На “Славу” — “Благословен Господь Иисус царь, яко посети” и прочее велегласно. На “И ныне” — тоже. И потом “дополнительную”, “Матерь Бога восхвалим вси, еюже получихом прегрешений прощение...”. И тотчас на амвоне чтец, берущий в руки крест (lambanwn toi dtaupon taiz cerbi) и стоящий на амвоне (возглашает): “Слава в вышних Богу” и присовокупляет от певцов великое славословие. Это бывает ежедневно. В воскресение же говорятся “Хвалите” во глас с припевами. И наконец воскресные стихири или праздника или великого святого, если есть память его, “Слава” утренняя, на которой вход священников в крестом и божественным евангелием... Возвышается евангелие... и говорится “Премудрость, прости”... и поется на “И ныне и присно” — “Преблагословенна еси”. Когда священники войдут внутрь (олтаря), сначала чтец на амвоне, держа крест, говорит: “Слава в вышних Богу”, потом певцы поют его песненно (asmaticwz). Потом священники в священном олтаре все вместе (сызнова) говорят, и от “В человецех благоволение” бывает согласное (общее славословие внутри и вне)... и тропарь воскресный: “Днесь спасения...” в одно воскресенье и “Воскрес из гроба” в другое трижды сладкогласно (hdumelouz) поется вне певцами и внутри священниками... тотчас поется: “Восстани, Господи...” и читается пресвитером на амвоне утреннее евангелие... и после того сугубая ектения, великие прошения, главопреклонение и отпуст (Голубинский. История русской церкви, т.1, 2 пол. стр.488-492).

Итак, по блаж. Симеону, песненная утреня начиналась в притворе. После возгласа иерея “Благословенно царство” следовала великая ектения, затем певчески исполнялись подряд три псалма — 3, 69 и 133, во время пения которых иерей читал тайно утренние молитвы. После этого следовала малая ектения и полагалось пение непорочных, разделенных на 3 статьи малыми ектениями. Иерей, к тому времени прочитавший утренние молитвы, брал кадило и совершал каждение висящих в притворе икон, затем, при пении стиха “Благословен еси Господи”, он тихо говорил: “Премудрость, прости”, делая крест кадилом, и далее кадил архиерея и молящихся и шел боковой дверью в храм и молча кадил его и алтарь. Здесь в алтаре, положив кадило, он брал запрестольный крест и выносил его другой боковой дверью в притвор, где ставил его справа близ центральных дверей, ведущих в храм. Когда начиналось пение 3 статьи “Призри на мя и помилуй мя”, то иерей открывал одну половину главных дверей, ведущих в храм. В конце пения этой статьи непорочных перед крестом зажигались три свечи и при пении 170 стиха “Да внидет прошение мое пред Тя, Господи” открывалась вторая половина главных дверей храма, пелся входной стих с “аллилуиа”, и священник брал крест в руки и входил через эти двери в храм. За ним следовали все присутствующие в притворе. Крест водружался на амвоне против святых врат. Иерей оставался среди храма и здесь доканчивалось пение непорочных, к которым затем непосредственно примыкала библейская песнь трех отроков, заканчиваемая тропарем в честь Божией Матери “Тя необоримую стену”. Далее полагалось чтение из синаксаря или жития святого, затем ектения, после чего исполнялся также певчески, постишно, с особыми припевами, 50 псалом. Затем следовало пение канона, о котором бл.Симеон говорит, что он сам его ввел и что до него на песненной утрене канона не пели, но после 50 псалма и ектении полагались хвалитные псалмы. При бл.Симеоне эти псалмы, таким образом, следовали за каноном, будучи предваряемы ектенией и ексапостиларием. Хвалитные псалмы (148, 149, 150) исполнялись также постишно, с особыми припевами к ним. К 150 псалму добавлялась песнь Захария, отца Предтечи — “Благословен Господь Бог Израилев, яко посети и сотвори избавление людям своим”, причем сам этот стих прибавлялся к каждому последующему стиху песни. Заканчивалась песнь богородичным “Матерь Бога восхвалим вси...”. На воскресной утрене, по-видимому, вместо песни Захарии, отца Предтечи, к хвалитным стихам прилагались стихиры, а в конце их “Преблагословенна еси...”. Во всяком случае, перед пением ли богородична “Матерь Бога восхвалим” на вседневной утрене или “Преблагословенна еси...” на воскресной, священнослужители читали молитву входа и при возгласе “Премудрость, прости” входили в алтарь. Лик пел “Преблагословенна еси...”. На воскресной утрене на входе несли евангелие. Затем чтец становился на амвон, брал стоявший там крест и запевал: “Слава в вышних Богу”. Это же повторяли певцы песненно, а затем священнослужители в алтаре. От слов “в человецех благоволение” славословие исполнялось всеми присутствующими в церкви. К славословию в воскресенье прибавлялся тропарь “Днесь спасения...” или “Воскрес из гроба...”, который также исполнялся трижды певцами и священниками, после чего исполнялся прокимен “Восстани, Господи”, и иерей читал на амвоне утреннее евангелие. Утреня заканчивалась сугубой ектенией и главопреклоненной молитвой.

Песненная утреня, как ее излагает Симеон Солунский, имеет много общих черт с иерусалимской, описываемой Сильвией. Так, по бл.Симеону, утреня начинается в притворе, где отправляется первое трипсалмие, и только на втором трипсалмии (непорочны) богослужение переносилось в храм. То же самое мы видим и в IV веке в Иерусалиме. “До пения петухов, — говорит Сильвия, — обирается все множество народа в базилике, находящейся возле Воскресения, однако вне его... и поются песни, также как и антифоны, и после каждой песни и антифона произносятся молитвы”. Сама эта святогробская практика начала утрени вне храма Воскресения, обусловленная тем, что в иерусалимском храме, как говорит Сильвия, существовал “такой обычай, что до пения петухов святые места не открываются”, позднее послужила основанием к отправлению начала утрени в притворе храма.

Далее блаж.Симеон говорит, что во время пения непорочных богослужение переносилось из притвора в храм. То же самое по существу сообщает и Сильвия, когда пишет, что с пением первых петухов “открываются все двери, и весь народ входит в Воскресение”.

Наконец, описываемая бл.Симеоном утреня оказывается сходной с иерусалимской в части порядка и способа исполнения псалмов. Бл.Симеон говорит, что утренние псалмы исполняются антифонно, по хорам, с участием доместика, с соответствующими припевами. И по Сильвии, на утрене “поются песни также как и антифоны...”, причем “кто-либо из пресвитеров поет псалом, и все отвечают”. Песненная утреня, описываемая блаж.Симеоном, имеет трехпсаломный строй. Об этом же строе говорит и Сильвия: “Кто-либо из пресвитеров поет псалом, и все отвечают, затем произносится молитва. После этого поет псалом кто-либо из диаконов и, подобным же образом, произносится молитва. Поется и третий псалом кем-либо из клириков, произносится третья молитва”.

Однако между описанием бл.Симеона и утреней, описываемой Сильвией, есть и разница. Она касается, прежде всего, времени чтения евангелия. По Сильвии, евангелие читалось до рассвета, после чего пели псалом (подразумеваем 50-й), а затем по уходе из храма епископа монахи с иереями и диаконами продолжали петь до рассвета псалмы и антифоны. По бл.Симеону, наоборот, евангелие читалось в самом конце утрени, когда уже были пропеты все песни и псалмы.

Очевидно, ко времени бл.Симеона евангельское чтение “сошло” со своего места и, оторвавшись от своего спутника (50 псалма), оказалось на самом конце утрени.

Замечу, что это перенесение евангельского чтения на конец утрени происходило постепенно. Святогробский типикон 1122 года, описывающий, как и Сильвия, иерусалимское богослужение, указывает читать воскресное евангелие после 6 песни канона (Пападопуло-Керамевс-Аналекта, т.II, стр.11). Эту же практику отмечает евхологион Париж, напр.библ. No.213-1027 г., где по этому поводу говорится: “Должно знать, что эта молитва (“Воссияй в сердцах наших...”) в великой церкви не читается, но в прочих, в которых после 6 песни читается евангелие (Дмитриевский. Евхология, стр.1058). Само по себе это замечание свидетельствует о наличии в XI веке двух практик в части времени чтения евангелия.

Вторую особенность утрени, описываемой блаж.Симеоном Солунским, сравнительно с иерусалимской времен Сильвии, составляло отсутствие молитвы на первой ектении об оглашенных. В Иерусалиме в IV веке в конце утрени читалась молитва об оглашенных, после чего полагался отпуст их, отдельный от отпуста верных. Во время бл.Симеона на Востоке этой молитвы уже не читали; когда прекратили здесь ее чтение — неизвестно; известно лишь, что в XI веке эта молитва читалась в греческой церкви, в русской же она встречается в служебниках даже начала XVI столетия (Красносельцев. К истории православного богослужения, стр.113-115). Памятники, содержащие эту молитву, говорят о чтении ее следующее: “Совершившуся входу и исполненному Слава в вышних Богу, и Трисвятому, и прокимну, и совершившу диакону литийное (т.е. сугубую ектению — Н.У.) и другому приведшу оглашенных, иерей читает эту молитву...: “(?) Должно знать, что утренние оглашенные (т.е. молитвы о них — Н.У.) не бывает, если не поются двенадцать прокимнов. Поются же (прокимны — Н.У.) в неделю предшествующую мясопустной, в самую мясопустную и сырную, т.е. в три недели по вторникам, четвергам и субботам. Посему во вторники и четверги произносятся и “оглашенные”, если нет литургии или праздника; в субботы же одни прокимны оглашенных, так как бывает литургия. Тогда (т.е. когда читается молитва об оглашенных — Н.У.) тотчас по входе — Слава в вышних Богу и Трисвятое и прокимен, бывает же и лития от диакона, т.е. великое Господи помилуй на прошениях ектении; и когда приведут оглашенных, диакон говорит: “Исполним утреннюю молитву...”, и иерей молитву сию — Хвалим, поем... Благослови и ныне, Господи, рабы Твоя... Господи, Господи, твой есть день... и учинением Твоим, Господи, пребывает день...” (Дмитриевский. Евхология, стр.1058).

Что подразумевается здесь под 12 прокимнами, неизвестно. Во всяком случае, видно, что молитва об оглашенных в это время читалась уже не ежедневно, как это было в IV веке в Иерусалиме, а только по вторникам и четвергам на трех предшествующих великому посту седмицах (мытаря и фарисея, блудного сына и сырной) и то лишь при условии, если с этими днями не совпадал праздник и, следовательно, не было литургии. Все эти условности свидетельствуют о том, что чтение молитвы об оглашенных в данное время теряло свое прежнее значение, так как, очевидно, крещение взрослых в это время составляло редкое явление.

Памятники в данном случае приводят собственно не одну, а четыре молитвы. Первая из них — современная 12-ая утренняя молитва — служила молитвой отпуста утрени (см. об этом далее). Далее следовала собственно молитва об оглашенных. Вот она: “Благослови и ныне, Господи, рабы Твоя оглашаемые, их же призвал еси Твоею святынею к познанию чудесного света, и давый им познати, паче от словес наставитися вверению, яко дароватися исполнению Духа Святаго, во еже быти им овцами Твоего истинного стада, запечатленными печатию Святаго Твоего Духа, да будут члены честнаго тела Церкви твоей и сподобятся и в будущем веце блаженства истинной надежды в царстве небесном. Велегласно: Да и тии с нами...” (Гоар, стр.45).

Две следующие молитвы в памятниках надписываются как молитвы за верных. Вот первая из них:

“Господи, Господи, Твой есть день и Твоя есть нощь, Ты сотворил еси свет и солнце, Ты сотворил еси всяческая благолепная земли. Тя молим совозсияти свету дня щедрот Твоей милости на смирение наше; свободи нас от тьмы и сени смертныя и всякого навета и козни лукавого. Возглас: “Яко святится...” (Там же).

Вторая молитва о верных: “Учинением Твоим, Господи, пребывает день и Тя поют вся силы небесныя, и к Тебе приближается всякая душа по силе славословящая. Молим Тя, даруй нам день весь мирен совершити в части святых, в житии благоугоднем, в сердце чистем. Да Твоих благодеяний насладившися, удостоимся в прочее время неосужденно благословити Твое Божество. Возглас: “Яко подобает Тебе всякая слава...” (Там же).

Памятники далее указывают чтение главопреклоненной молитвы: “Господи святый, в вышних живый”. Этой молитвой утреня заканчивалась.

 

Далее

Rambler's Top100
Туры в прагу из спб
Автобусные Туры. Описание Туров, стран Мира и достопримечательностей
bontour.ru