Преп. Сергий / К началу

Карта сайта

Проф. УСПЕНСКИЙ Н.Д.

ХРИСТИАНСКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ УТРЕНЯ

Особенности отправления утрени в русской церкви в досинодальный период

 

Русские приняли христианство в X веке из Византии, следовательно, в то время, когда на Востоке современный нам чин утрени окончательно не сформировался и когда в самом Константинополе, откуда пришли первые русские иерархи и клирики, отправлялась песненная утреня. Поэтому русская церковь на первых порах своего существования руководствовалась уставом Великой Константинопольской церкви с его песненными чинопоследованиями. Вскоре после этого, т.е. в 1062 г., преп.Феодосий Печерский ввел в своем монастыре Студийский устав, а так как Киево-Печерский монастырь в истории русского монашества имел исключительное значение как рассадник духовного просвещения, книжности и церковной уставности, то, естественно, что и принятый в нем Студийский устав стал распространяться по другим монастырям Руси.

Таким образом, с XI века в русской церкви начинают одновременно функционировать два устава: Великой Константинопольской церкви и Студийский, из коих первый содержал песненные чинопоследования, а второй — монастырское богослужение, создававшееся на основе иноческого правила псалмопения. Наконец, на рубеже XIV и XV столетий в Россию проникает Иерусалимский устав, который к этому времени на Востоке стал господствующим и получил широкое распространение во всей церкви, вытеснив устав Студийский. Он содержал в себе богослужебные чинопоследования уже в том виде, в каком они были в результате завершившегося процесса слияния песненных чинопоследований с монастырским богослужением. Этот устав, естественно, сталкивался в русской церкви уже в твердо сложившимися богослужебными порядками, какие установились здесь на основе устава Великой Константинопольской церкви и устава Студийского. Все изложенное создало в русской церкви исключительное многообразие богослужебной практики и, в частности, в отправлении чина утрени, каковое многообразие продолжало у нас существовать до конца XVII столетия. Перечислю эти особенности.

Первая особенность касается порядка отправления шестопсалмия. Она состояла в том, что у нас, под влиянием практики песненных чинопоследований, последний стих каждого из шести псалмов пропевался дважды. Кроме того, певчески исполнялись в конце шестопсалмия “Слава”, “И ныне” и “Аллилуиа”. Поэтому печатные псалтири XVII столетия в каждом псалме шестопсалмия последний стих его да напечатанным дважды. Кроме того, по примеру восточной церкви, где шестопсалмие читает екклесиарх или “учиненный” монах, у нас в соборных храмах шестопсалмие читал епископ (Чиновник Холмогорского собора, стр.10). Наши предки свято чтили установленную еще первыми египетскими отшельниками традицию молчаливого и особо благоговейного сосредоточенного поведения в храме во время чтения шестопсалмия. В уставах по этому поводу говорилось: “Да поет екклесиарх ексапсалмы или устроенный на то мних, якоже есть обычно. Косно и елико можно есть с сокрушением и со вниманием. Такоже и вси в себе якоже самому Богу беседующие и о своих молящеся гресех. Подобает же ему кротким и тихим гласом пети, во услышание всем. Покашляти же или плюнути или всяко от места своего преступити или пройти или из внешнего притвора в церковь внити, егда подтся екзапсалмы, не имать никтоже области. Бесстрашно бо сие и бесчинию знамение есть... Аще ли кто старостию преклонился есть, или недугом одержим, и не может сохранитися, якоже прежде рехом, да пребывает таковой пред церковью до окончания екзапсламов, и потом да входит” (Устав 1633 г., л.3 об. и 1641 г., л.3 и об.).

Вторая особенность екзапсалмов имела место в отправлении “Бог Господь...”. Некоторые более ранние уставы указывают такой порядок: “Уставленный мних... поет Бог Господь, также приглашает стихи... и к коемуждо стиху припевает мних Благословен грядый во имя Господне, лики же по коемождо стихе поют Бог Господь явися в той же глас. Таже паки мних Бог Господь явися и глаголется от певец тропарь воскресный” (Мансветов. Церковный устав, стр.434; Горский. Описание, стр.291). Это указание представляет собой отголосок практики пения псалмов на песненной утрене, где к каждому стиху псалма полагался определенный припев.

Третью особенность русской утрени составляло распевное исполнение кафизм. Наряду с чтением кафизм, как они отправляются и теперь, существовала еще практика пения их. В таком случае кафизмы распевались постишно с припевом к ним “аллилуиа” или с каким-либо другим. Разумеется, пропевали далеко не все стихи и не все псалмы кафизмы, а лишь отдельные избранные стихи из них, например, вторая кафизма, отправлявшаяся на воскресной утрене, в церковных обиходах и ирмологах распева в следующем виде: “На утрене начинает правая сторона каф. вторую:

ИСПОВЕМСЯ ТЕБЕ, ГОСПОДИ, ВСЕМ СЕРДЦЕМ МОИМ

Аллилуиа.

ПОВЕМ ВСЯ ЧУДЕСА ТВОЯ

Аллилуиа.

СЛАВА ОТЦУ И СЫНУ И СВЯТОМУ ДУХУ

Аллилуиа.

И НЫНЕ И ПРИСНО И ВО ВЕКИ ВЕКОВ. АМИНЬ

Аллилуиа.

АЛЛИЛУИА, АЛЛИЛУИА, СЛАВА ТЕБЕ, БОЖЕ — 3 р.

Вторую слав. начинает левый лик.

СПАСИ МЯ, ГОСПОДИ, ЯКО ОСКУДЕ ПРЕПОДОБНЫЙ

Аллилуиа.

ЯКО УМАЛИШИСЯ ИСТИНЫ ОТ СЫНОВ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ

Аллилуиа.

СЛАВА ОТЦУ И СЫНУ И СВЯТОМУ ДУХУ

Аллилуиа.

И НЫНЕ И ПРИСНО И ВО ВЕКИ ВЕКОВ. АМИНЬ

Аллилуиа.

АЛЛИЛУИА, АЛЛИЛУИА, СЛАВА ТЕБЕ, БОЖЕ — 3 р.

Третью слав. начинает правый лик.

ГОСПОДИ, КТО ОБИТАЕТ В ЖИЛИЩИ ТВОЕМ

Аллилуиа.

СЛАВА ОТЦУ И СЫНУ И СВЯТОМУ ДУХУ

Аллилуиа.

И НЫНЕ И ПРИСНО И ВО ВЕКИ ВЕКОВ. АМИНЬ

Аллилуиа.

АЛЛИЛУИА, АЛЛИЛУИА, СЛАВА ТЕБЕ, БОЖЕ — 3 р.”

(Ркп Лен. гос. публ. библ. шифр Кир No.579, л.181-182 и об.)

 

В некоторых памятниках количество стихов в каждой кафизме несколько больше и, в таком случае, они исполнялись хорами постишно, а не по “славам”.

В ркп Лен. гос. публ. библ. шифр Кир No.587 — XVII в., л.112-150 об. я нашел распетыми таким образом не только 2 и 3 кафизмы, отправляемые на воскресной утрене, но и 4, 5, 7, 8, 10, 11, 13, 14, 16, 17, 19, 20, т.е. те кафизмы, которые, как по летнему расписанию чтения кафизм, так и по зимнему, читаются на утрене седмичных дней. Кафизмы же 6, 9, 12, 15 как положенные в летнее время на вседневной вечерне, а в зимнее составляющие 3 кафизму на вседневной утрене, а также и кафизма 18 как отправляемая на вседневной вечерне в данном случае отсутствует. Это обстоятельство дает основание считать, что кафизмы певчески исполнялись не только на воскресной утрене, но и в седмичные дни, когда приходился полиелейный или бденный праздник.

Само по себе такое распевное исполнение кафизм является следствием распространения в древней Руси песненных чинопоследований, на которых, как говорит блаж.Симеон, ничего не читалось, но все исполнялось певчески.

Уставные чтения между кафизмами, по-видимому, не всегда точно соблюдались. Так можно судить потому, что наряду с сохранившимися указаниями соборных чиновников о чтениях имеется специальное о них решение Стоглавого собора, которое гласит: “и чтобы священницы и диаконы во святых Божиих церквах всегда с великим тщанием предстояние имели к Господу Богу и пречистой Богородице и небесным силам и всем святым прилежно и с благоговением и с великим воздержанием во вся дни заутрени и воскресныя и праздничныя и дневныя пели бы по уставу и божественные книги почитали евангелие толковое, и Златоуст, и жития святых, и прологи и прочие святые душеполезные книги на поучение и на просвещение и на истинное покаяние и на добрые дела всем православным христианам в душевную пользу” (Стоглав, стр.80-81).

Непорочны в русской церкви отправлялись, как и в восточной церкви, на воскресной утрене всего года, за исключением только воскресных дней, совпадающих с великими господскими праздниками, а также недель Ваий, антипасхи и пятидесятницы, в каковые исполнялся полиелей, поскольку в эти недели “не поется воскресно ничтоже”. В период же зимнего времени, т.е. от отдания Воздвижения и до 20 декабря, а также с 14 января до недели блудного сына к непорочным прилагался полиелей, состоявший из 134 и 135 псалмов. По этому поводу “устав о псалтири” говорил: “в неделю на утрене каф. 2-я, 3-я, 17-я. Прилагаем же и полиелеос, сиречь многомилостиво. Псалом 134 Хвалите имя Господне. Другой псалом 135 Исповедайтеся Господеви. Слава и Ныне. Аллилуиа 3ж. А припевы те же”. В недели же блудного, мясопустную и сырную к 134 и 135 псалмам добавлялся еще 136.

Таким образом, непорочны по существу отправлялись почти на всех воскресных утренях, в то время как полиелей только в зимнее время и то не всегда. Так, в период с 20 декабря по 14 января на воскресных утренях пели непорочны без полиелейных псалмов.

Совпадение с воскресным днем памяти полиелейного святого также не исключало отправления непорочных. Пение полиелейных псалмов и величания святому полагались после пения непорочных. Кроме того, в некоторых случаях непорочны отправлялись празднуемым святым и в седмичные дни. Так, например, 30/1, в день памяти трех святителей, в некоторых местах пели полиелей, т.е. 134 и 135 псалмы, а затем вместо избранного псалма прилагали непорочны, делимые на три статьи. Первая статья исполнялась с величанием святителю Василию: “Величаем тя, святителю Христов, Василие, иже благочестно церковь Христову непорочную сохранившего”. Вторую статью пели с величанием святителю Григорию: “Достойно есть величати тя, Григорие Богослове, глубины Духа изыскавшего и доброты вещания приимшего”. Третья статья исполнялась с величанием Иоанну Златоусту: “Ради вси песньми покаянию проповедника Златоустова Иоанна блажим” (Ркп Лен. гос. публ. библ.: Кир. No.737, л.133-134).

В некоторых храмах дух древней практики отправления непорочных сказывался еще сильнее в том смысле, что там в праздник трех святителей пение полиелейных псалмов вообще отменялось и пели только непорочны с вышеуказанными величаниями (Ркп той же библ. Кир No.733, л.51 об. и 52; No.733, л.44 об.; No.734, л.22 об.; No.738, л.14; No.737, л.17.).

Исполнялись непорочны не полностью, а лишь выборочно, по несколько стихов из “Славы”, причем к этим стихам прилагались различные припевы. В певческих книгах XVI-XVII столетий они распеты в следующем виде:

“начин. прав. лик кафисму 17

БЛАЖЕНИ НЕПОРОЧНИИ

(В целях отличия стихов псалма от припевов первые обозначают прописными буквами)

Благословен еси Господи.

В ПОУТЬ ХОДЯЩЕЙ В ЗАКОНЕ ГОСПОДНЕ

Благословен еси Господи.

ВСЕМ СЕРДЦЕМ ВЗЫЩУТЬ ЕГО

Благословен еси Господи.

ГОСПОДИ

Научи мя оправданием Твоим.

ЗАКОНУ ТВОЕМУ

Господи, научи меня.

СЛОВО ТВОЕ В СТРАХО ТВОЙ

Дай же ми, Господи.

В СМИРЕННОМУ МУДРОСТИ

Утверди мя, Господи.

ИСПОВЕМСЯ ТЕБЕ, БОЖЕ

Исповемся Тебе.

СЛАВА.

ПРЕМУДРОСТИ И РАЗУМУ

Господи, научи мя.

И НЫН. тоиж. аллилуиа 3ж

Посем лев. лик начин. 2-ю слав.

Господи, помилуй 3ж. Слав. и нын.

ГОСПОДИ, ВРАЗУМИ МЯ

И жив буду

РУЦЕ ТВОИ СОТВОРИСТЕ МЯ И СОЗДАСТЕ МЯ

прип. тоиж.

ИСПЫТАЮ ЗАПОВЕДИ ТВОЯ

Господи, вразуми.

ПОМОЩНИК МОЙ ТЫ ЕСИ

Господи, спаси мя

СПАСЕНИЕ ТВОЕ

О дай же ми, Господи, Христе Спасе мой, помози ми.

СЛАВ. ПО МИЛОСТИ ТВОЕЙ

Господи и спаси мя

И НЫН. аллилуиа 3ж. таж. Господи, помилуй 3ж

Слав. нын.

ПРИЗРИ НА МЯ

И помилуй мя.

ПО СУДУ ЛЮБЯЩИХ ИМЯ ТВОЕ

прип. тоиж.

Посем левой поет

ПРИЗРИ НА МЯ

Праведен ты еси, Господи.

ВОЗЗВАХ К ТЕБЕ

Господи, спаси.

ГЛАС МОЙ

Услыши, Господи.

ВОЗЛЮБЛЕНИЕМ ПРАВДЫ ТВОЕЯ

Господи, спаси мя.

Спасе мой, слово Твое живи мя.

Посем тропари на глас 5 Благословень еси Господи”

(Ркп Лен. гос. публ. библ. шифр Кир No.577, л.315, 319; No.579, л.182 об.; No.580, л.200 об.-203; No.609, л.162-165).

 

Практика пения непорочных на воскресной утрене в течение всего года, а также и на памяти отдельных святых, хотя бы в седмичные дни, была прямым следствием влияния на русское богослужение песненной утрени. Существовала у нас такая практика до конца XVII столетия. Официальной датой прекращения ее нужно считать 1682 год, когда был издан Типикон, указывающий в главе “О кафисмах во все лето” отмену пения непорочных в зимний период времени. Указание прежних типиконов “прилагаем же полиелеос сиречь многомилостиво на бдениях неделных от недели их по отдании Воздвижения честнаго креста и до недели сыропустныя” (Типикон, 1610 г., л.59 об.) было принято редакторами типикона 1682 г. как исключающее пение непорочных. Вместо прежнего указания: “В неделю на утрене кафизма 2, 3, 17. Прилагаем же и полиелеос, сиречь многомилостиво”, они дали иное: “В неделю на утрене кафизма 2, 3: прилагаем же и полиелей, сиречь многомилостиво”. Кроме того, появилось еще новое указание: “Аще же прилучится в неделю праздник господский или Богородицы, или празднуемого святого, по дву кафизмах, полиелей, и по величании, не певше Слава и Ныне и Аллилуиа всем тропари Ангельский собор” (Типикон 1682 г., л.40 об.-42 об.).

Проф.Скабалланович по поводу отмены нашим уставом пения непорочных в зимний период времени и замены их полиелеем пишет: “По 17 гл. типикона в воскресенья от отдания Воздвижения, т.е. с 23 сент. до предпразднества Р.Х. 20 дек., и от отдания Богоявления 14 янв. до недели сырной вместо непорочных поется полиелей, т.е. 134 пс. “Хвалите имя Господне” и 135 пс. “Исповедайтеся Господеви”. Основания для таких сроков: 1) полиелей, занимая более времени, чем непорочны, поется по преимуществу в осенние и зимние воскресенья, когда ночи длинные и, следовательно, бдение приходится начинать раньше и оканчивать позже; 2) полиелей отменяется 20 дек. — 14 янв. от стечения в этот период великих праздников, имеющих полиелей более торжественный, чем воскресный, отчего впечатление последнего ослаблялось бы 3) в великий пост полиелей отменяется по скорбности этого периода (Скабалланович. Толковый типикон, вып.II, стр.230).

Объяснение проф.Скабаллановича, якобы полиелей более продолжителен, чем непорочны, и потому заменяет последние в зимнее время, не выдерживает критики, так как известно, что 118 псалом в несколько раз больше 134 и 135 взятых вместе. Не выдерживает критики и объяснение им отмены полиелея в период от 20 декабря по 14 января и в период великого поста. Здесь проф.Скабалланович оказывается вовсе непоследовательным, когда один и тот же полиелей в первом случае считает “ослабляющим” торжественность праздника: в другом — не соответствующим “скорбности великопостного времени”. В таком случае непорочны, поемые в период рождественских праздников, оказываются “торжественными” песнопениями, а в великом посту “скорбными”! По-видимому, дело объясняется проще, в именно отмена пения непорочных у нас произошла под влиянием практики греческого богослужения XVII столетия, о которой Арсений Суханов в своем Просквинитарии писал: “греки того чину мало берегут, а в волошских монастырях, где бывают малые ребята, то же говорят среди церкви на восток, и то бывает редко; а у синайского архиепископа говорят среди церкви молоденькие чернечки... Аще и полиелеос святому, то кто псалтирь говорит, тот же на налое, на крылосе “Господи помилуй”, “Слава и Ныне”, тоже два псалма иже на полиелеосе, на конце “Слава и Ныне”; а не поют тех псалмов, и величаний нет же, ни избранных псалмов” (Прав. пал., об., т.VII, вып.3, стр.225-226).

Редакторы типикона 1682 года, стремясь подражать греческим порядкам, с одной стороны, и с другой — не решаясь свести на нет пение непорочных и полиелея, в силу исконной у нас традиции торжественного их отправления, заняли средний курс, ограничив пение непорочных в основном летним периодом времени.

Что касается полиелейных псалмов, то они, как и непорочны, исполнялись не полностью. Пелись отдельные стихи из них, впрочем в большем количестве, чем это делается теперь.

Главные особенности отправления полиелея заключались в следующем.

В тех случаях, когда с воскресением совпадал празднуемый святой, которому полагался полиелей, тогда полиелейные псалмы непосредственно к непорочным не прилагались. Непорочны заканчивались пением тропарей “Благословен еси Господи”, “Ангельский собор”, далее полагалась малая ектения и пели ипакои гласа. Затем полагалось чтение из толкового евангелия и уже после этого чтения пели полиелейные псалмы с величанием празднику, затем все седальны праздника, чтение и степенны гласа, после чего полагалось чтение евангелия. Каждение храма совершалось на полиелее, а на непорочных его не полагалось (Служебник 1601 г., л.7 об.; 1602 г., л.7 об.; 1630 г. л.7 об.; 1640 г., л.7 об.; 1646 г., л.4).

В тех случаях, когда в один день совпадали два праздника, имеющие каждый свой полиелей, например, Вознесение Господне и память св.Николая 9 мая, сначала пели полиелейные псалмы, а затем величание главному празднику, далее полагался седален и уставное чтение. Потом исполнялось величание второму празднику, и пели его седален, и полагалось второе чтение. При отправлении такого двойного полиелея иерей на первом величании кадил икону первого праздника и правую половину храма, а на втором — икону второго праздника и левую половину храма (Голубцов. Чиновник Новгор. Соф. собора, стр.36 и Ркп Лен. гос. публ. библ. Кир. No.737, л.29 об.). Наряду с этой практикой была и другая, когда оба величания пелись подряд и избранный псалом второго читался под главу с праздничным (Ркп Лен. гос. публ. библ. Кир. No.732, л.82 об. и 83).

Заканчивался полиелей празднику, будет ли то в воскресенье или в седмичный день, целованием образа праздника, после чего духовенство возвращалось в алтарь, лик пел степенны, произносился прокимен, и иерей читал в алтаре евангелие празднуемого святого.

Чисто русскую особенность утрени составляло чтение на ней двух евангелий, а именно: в соответствии с древне-песненным чинопоследованием утрени у нас воскресное утреннее евангелие читали после великого славословия, предваряя самое чтение воскресным прокимном. На том же месте, где теперь читается воскресное евангелие, т.е. после полиелея перед каноном, читалось или евангелие святого, если с воскресеньем совпадал праздник полиелейного святого, или, при отсутствии такого совпадения, евангелие Богородице от Луки, зач.4. По прочтении первого евангельского чтения, евангелие выносилось на середину храма для целования. Целующие его сначала делали два земных поклона и произносили молитву: “Со страхом и любовию приступаю Ти, Христе, и верую словесем Твоим; страхом убо греха ради, любовию же спасения ради”. По целовании евангелия делали третий поклон, произнося тихо: “Верую, Господи, во святое евангелие, Христе Боже, помози ми и спаси мя” (Типикон 1641 г., л.24 об.).

Еще особенность. По прочтении евангелия, в то время как исполнялся 50 псалом, совершалось каждение храма, начиная от иконостаса; кадили иконостас, местные иконы по правую и левую сторону, лики и молящихся. Каждение это совершал диакон, а пономарь носил перед ним свечу по примеру того, как теперь диакон носит свечу перед иереем, когда тот кадит в начале всенощного бдения (Служебники 1601 г., л.7 об.; 1602 г., л.7 об.; 1627 г., л.7 об.; 1630 г. л.7 об.; 1640 г., л.7 об.; 1646 г., л.4).

В части отправления канона у нас была двоякая практика. По одной практике канон отправлялся с пением стихов библейских песен (Устав 1610 г., л.15 об. и 16; 1633 г., л.11; 1641 г., л.16 и об.). По другой практике библейские стихи опускались, и вместо них полагались припевы, например, “Слава, Господи, Рождеству Твоему” или “Слава, Господи, Крещению Твоему” (Дмитриевский. Богосл. в русской церкви в XVI в., стр.161).

Изданные при патриархе Иосифе псалтири имеют на полях против десятого от конца стиха каждой песни пометки “мин” и на шестом от конца стихе “триод”. Это дает основание полагать, что в данном случае имелось в виду употребление библейских песен на каноне только на вседневной утрене в великом посту.

Замесу, что вопрос отправления канона весьма интересовал наших предков, поэтому путешествовавший на Восток старец Арсений Суханов счел нужным обратить свое внимание на современную ему восточную практику отправления канона и свои наблюдения с исключительной обстоятельностью изложил в проскинитарии. После этого в уставе 1682 г. появилось указание в духе сообщения Суханова: “К первому же тропарю припев “Слава, Господи, святому воскресению Твоему”, таже припевы песней воскресных (писаны в ирмологии)” (л.11). Тогда же появилась в типиконе специальная 18 глава “О же когда стихословятся песни: поем Господеви и Господеви поем”, определяющая дни, в которые полагается праздничный порядок стихословия библейских песен (“Поем Господеви”) и вседневный (“Господеви поем”). Самые же библейские стихи применительно к праздничному и вседневному порядкам отправления канона в духе сообщения Проскинитария Арсения Суханова были приложены к ирмологию, где и сохраняются до последнего издания.

Хвалитные псалмы исполнялись не полностью, но и далеко не в том сокращенном виде, в каком исполняются они теперь. В певческих сборниках псалмы представляются распетыми в следующем виде:

“таж псалом 148 начинает пр. стран

ХВАЛИТЕ ГОСПОДА С НЕБЕС

прип. Тебе подобает песнь, Боже.

друг. прип. Хвалите Его в вышних Его.

л(евый)            ХВАЛИТЕ ЕГО ВСИ АНГЕЛИ ЕГО

п(равый)         ХВАЛИТЕ ЕГО СОЛНЦЕ И ЛУНА

л.                       ХВАЛИТЕ ЕГО НЕБЕСА НЕБЕС

п.                      ДА ВОСХВАЛИТСЯ ИМЯ ГОСПОДНЕ

л.                       ТОЙ ПОВЕЛЕ И СОЗДАШЕСЯ

п.                      ПОСТАВИ Я В ВЕК И В ВЕК ВЕКА

л.                       И ВСЯ БЕЗДНЫ

прип.2 — Дадите славу Богу

п.                      ЗВЕРИЕ И ВСЯ СКОТИ

л.                       И ВСИ СУДИИ ЗЕМСТВИИ

п.                      ДА ВОСХВАЛЯТ ИМЯ ГОСПОДНЕ

л.                       ИМЯ ТОГО ЕДИНОГО

прип.3 — Тому подобает песнь

п.                      НА НЕБЕСИ И НА ЗЕМЛИ

л.                       ПЕСНЬ ВСЕМ ПРЕПОДОБНЫМ ЕГО

п.                      ЛЮДЯМ ПРИБЛИЖАЮЩИМСЯ ИМ

л.                       ВОСПОЙТЕ ГОСПОДЕВИ ПЕСНЬ НОВУ

прип.4 — Слава Тебе, святый Отче

п.                      О СОТВОРШЕМ ЕГО

л.                       ВОЗРАДУЮТСЯ О ЦАРИ СВОЕМ

п.                      ПСАЛТИРИ ДА ПОЮ ЕМУ

л.                       ВОЗНЕСЕТЬ КРОТКЫЯ ВО СПАСЕНИЕ

п.                      ВОЗРАДУЮТСЯ НА ЛОЖАХ

прип.5 — Пощади ны, Господи

л.                       И МЕЧИ ОБОЮДУ ОСТРИ В РУКАХ

п.                      ОБЛИЧЕНИЕ В ЛЮДЕХ

л.                       ОКОВЫ ЖЕЛЕЗНЫМИ

п.                      СЛАВА СИ ЕСТЬ ВСЕМ ПРЕПОДОБНЫМ ЕГО

л.                       ХВАЛИТЕ БОГА ВО СВЯТЫХ ЕГО

прип.6 — Сыне Божий, помилуй нас

п.                      ВО УТВЕРЖДЕНИЕ СИЛ ЕГО

л.                       ХВАЛИТЕ ЕГО НА СИЛАХ ЕГО

п.                      ПО ПРЕМНОГОМУ ВЕЛИЧЕСТВИЮ ЕГО

прип.7 — Слава показавшему свет

л.                       ВО ГЛАСЕ ТРУБНЕМ

п.                      ВО ПСАЛТИРИ И ВО ГУСЛЕХ

л.                       В ТИМПАНЕ И ЛИЦЕ

п.                      ВО СТРУНАХ И ОРГАНЕХ

прип.8 — Тебе подобает, Господи

л.                       В КИМВАЛЕХ ДОБРОГЛАСНЫХ

п.                      ХВАЛИТЕ ЕГО В КИМВАЛЕХ ВОСКЛИЦАНИЯ

л.                       ВСЯКО ДЫХАНИЕ ДА ХВАЛИТ ГОСПОДИ”

(Ркп Лен. гос. публ. библ. Кир. No.577, л.357-359; No.609, л.179 об.).

 

К псалмам прибавлялись стихиры. При пении последнего из стихов “Всякое дыхание да хвалит Господа”, хоры сходились на середине храма и здесь пели великое славословие.

Что касается великого славословия, то до середины XVI века у нас существовала двоякая практика его отправления, а именно: в одних местностях, в том числе и в самой Москве, в соответствии с практикой Студийского устава великое славословие читали, в других же местностях, наиболее верных традициям Великой Константинопольской церкви, как, например, в Новгороде и Пскове. оно исполнялось певчески. В связи с этим Иоанн Грозный задавал вопрос отцам Стоглавого собора: “Коея ради вины в нашем царстве на Москве и во всех московских приделах, и с соборных церквех и в приходных, кроме монастырей, по воскресным вечерням, и по праздничным, и великим святым егда выход бывает, святыя славы не поют, а на заутрени в неделю и в праздники, славословия на потже, якож в прочия, простые дни речу говорять, а во уставе назнаменовано, нарочитым святым славословие великое, что ему почесть... как есме был в Новегороде великом, и во Пскове, во святей Софее, премудрости Божее, и у живоначалные Троицы и во всех святы Божиих церквах по воскресным днем, и по господским праздником, и нарочитым святым, на вечерни когда выход, святыя славы поють, и славословие поють ж на заутрени, в воскресныя дни, и в праздники когда, во уставе молвлено славословие великое” (Царские вопросы и соборные ответы о многоразличных церковных чинех (Стоглав., Вопрос 33)). Собор по этому поводу вынес решение: “А о прочем о церковном пении все по уставу творити, славословие пети” (Там же, ответ, гл.16). Решение собора было, видимо, принято к руководству на местах, и памятники XVII столетия уже определенно говорят о пении великого славословия в Москве. В этом смысле 15 год можно считать датой изъятия студийской практики чтения великого славословия.

Самое пение великого славословия носило торжественный характер. После того, как певцы кончали слова богородична “Благословен Бог наш изволивый тако...”, иерей возглашал, а иногда даже пел распевно “Слава показавшему свет” (Ркп Лен. гос. публ. библ. Кир. No.580, л.239). Певцы обоих хоров на сходе, а иногда лучшие из них на амвоне (Голубцов. Чиновники Моск. Успенск. собора, стр.34-36 и др.), начинали великое славословие. Заканчивалось славословие троекратным пением Трисвятого, которое в некоторых случаях исполняли один раз по-гречески и два по-славянски (Ркп Лен. гос. публ. библ. Кир. No.577, л.361-362). После Трисвятого иерей произносил возглас: “Яко Твое есть царство...” (Типикон 1610 г., л.17 и об.; 1641 г., л.17 и л.26 и об.), и хор пел тропарь воскресный или праздника.

Торжественная обстановка исполнения хвалитных псалмов и великого славословия в соборных храмах достигала своего апогея благодаря совершению в это время входа, в котором участвовало все духовенство, не только данного собора, но и всех городских храмов и даже “прибылые попы”, т.е. священники и диаконы, прибывшие в город с периферии и почему-либо здесь задержавшиеся на воскресный день. Самый вход совершался подобно нашему входу с евангелием на литургии, но с той разницей, что здесь предносилось не только евангелие, а и запрестольный крест с прикрепленными к нему тремя свечами. В некоторых местах, как, например, в Новгороде, на входе несли не один, а несколько крестов, очевидно, от нескольких церквей, из которых участвовало во входе городское духовенство (Голубцов. Чиновник Новг. Соф. собора, стр.156).

Если служил епископ, то он час не участвовал в этом входе, а стоял среди храма на кафедре, куда переходил после канона со своего обычного места, что у правого клироса. “По обеденному чину” протодиакон подносил евангелие для целования епископу и относил его затем в алтарь. Духовенство по два, по чину кланялись епископу и шли в алтарь, где пели один раз Трисвятое, в то время как епископ продолжал стоять на кафедре. Затем, после пения тропаря, диакон произносил утренний воскресный прокимен, но без “Всякое дыхание...”. Не было и возгласа “Яко свят...”. После прокимна старейший священник выносил евангелие на амвон и здесь читал его, затем подносил для целования епископу и относил его в алтарь (Ркп Лен. гос. публ. библ. No.284, л.26 и об.; Голубцов. Чиновники Моск. Успен. собора, стр.83; Чиновник Новгор. Соф. собора, стр.156).

Соборные входы с участием всего городского духовенства совершались на всех воскресных утренях в течение года, за исключением периода пения постной и цветной триоди. Такова была практика в Москве. В Новгороде совершали их в период пения постной триоди. Почему не совершали соборные входы в период пятидесятницы — это в новгородских соборных чиновниках объясняется тем обстоятельством, что в этот период в приходских храмах служились молебны святым (Голубцов. Чиновник Новгор. Соф. собора, стр.235-236).

Разумеется, от периода года, когда духовенство городских церквей освобождалось от участия в соборном входе, последний совершался местным причтом, и если епископ отсутствовал в храме, то евангелие читалось не на амвоне, а в алтаре (Голубцов. Чиновник Моск. Успен. собора, стр.81).

В торжественных входах, в которых участвовало все городское духовенство, сказывалось влияние Устава Великой Константинопольской церкви с его песненными последованиями, и несение на входе запрестольного креста с горящими перед ним тремя свечами было унаследовано из песненной утрени. Кроме того, в условиях общественной жизни древней Руси, где собор являлся центром всей общественной жизни не только города, но и княжества в целом, соборные входы были свидетельством единства церковно-общественной жизни и связей города и княжества с собором как со своей святыней. Поэтому-то на входах в городском соборе участвовали не только причты городских церквей, но и прибывшие с периферии “прибылые попы”. По этой же причине неявка на вход без уважительной причины того или другого священника каралась денежным штрафом. “А на выход священником и впредь ходити по старине, в которой священник на выход не приидет, и на том имети заповеди по гривне по новгороцкой, а скажет которой поп на выход не поспел боля для или родительницы, или которые иные для нужи, ино про него послать в улицу обыскать в его приходи людми добрыми и обыщут про него что он на выходе не был для нужи, и на тех священниках заповеди не имети, а который солжет священник прихожане по нем в обыскоу не молвят: и на том священнике заповедь имати по старине по гривне да хоженое”, — писал в 1551 году московский митрополит Макарий новгородскому архиепископу Серапиону (Царские вопросы и соборные ответы о многоразличных церковных чинах (Стоглав). Москва, 1890 г., стр.314).

Описанные торжественные входы на великом славословии существовали в русской церкви до половины XVII столетия. В 1653 г. патриарх Никон распорядился об отмене их (Голубцов. Соборн. чиновники и особенности службы по ним, стр.145). По всей вероятности, действия партиарха Никона вытекали из той последовательной борьбы его за Иерусалимский устав, какую он проводил в период своего патриаршества. Это были те же побуждения, по которым он через два года в 1655 г. отменил вторичное богоявленское водоосвящение, совершавшееся в русской церкви в самый праздник Крещения Господня перед обедней в храме и неизвестное Иерусалимскому уставу в ранних его списках.

После великого славословия и чтения евангелия следовали обычные ектении: сугубая и просительная, а затем полагался отпуст. Последний имел ту особенность, что “Утверди, Боже” само по себе служило многолетствованием, так что самый отпуст “Христос истинный Бог наш...” никаким песнопением “не покрывался” (Типикон 1641 г., л.17, об.).

В части отправления литии, положенной по современному типикону на воскресной утрене перед чтением 1 часа, у нас существовала многообразная практика. Типикон 1641 г. по этому поводу говорит: “зде же в Руссии обычай сице узаконился: по отпущении заутрени аще господьский праздник, совокупльшемася обема клиросма на сходе и поют слава и ныне стихиру евангельскую настоящего гласа, и потом предлагается оглашение студитово. По окончании же чтения глаголют клирицы троп. глас 8 православию наставниче. Конец с пением глаголает же 2-й лик слав и ныне Бог. Глас тоиж, иже нас ради рождейся от девы, и посем приидите поклонимся триж. и 1 час” (л.27).

В некоторые праздники исхождение в притвор заменялось крестным ходом вокруг самого монастыря, причем во время процессии исполнялись канон и стихиры праздника в количестве, которое потребно было на все время шествия крестного хода. Монастырские обиходники о таком исхождении обычно говорят: “Начинаем в трапезе молебном (т.е. в трапезной части храма). Канон поем со ирмосом на 8, ирмос по 2ж, и покрывают ирмосом же, а не спасают (т.е. не поют “Спаси от бед”); припевы поют тех и стихиры и Владычице поют. А коли круг монастыря ходят со кресты, осеняет игумен крестом после другя октении (т.е. после каждой ектении)” (Ркп Лен. гос. публ. библ. Кир. No.730, л.31 об.; No.732, л.53 и об.; No.733, л.47; No.734, л.137 и об.; No.738, л.15).

В приходских храмах утренняя лития заменялась молебном, на что указывает Стоглавый собор: “Отпев заутренюю, со всяким благочестием и со страхом Божиим, да по заутрени, или пред обеднею пели бы молебны...” (Церковные вопросы и соборные ответы о многоразличных церковных чинех, гл.4).

В Новгороде, Москве и других крупных городах утренняя лития представляла собой шествие в крестным ходом вокруг городского кремля и по улицам города. В этих крестных ходах, как и на утреннем входе, кроме соборян, участвовало духовенство всех приходских храмов города, причем наряду с соборными святынями — крестами и иконами — на таком крестном ходе предносились святыни и приходских церквей. Во время крестного хода пели каноны, обычно в честь святых, мимо церквей которых двигалось шествие, произносились ектении, читалось евангелие и освящалась вода. Описание такого крестного хода дает чиновник Новгородского Софийского собора: “В сий день (разумеется второе воскресение Петрова поста) ходят со кресты от шести соборов к Софеи, Премудрости Божией, старосты поповьские, коиждо от своего собору. В благовест софейской повелевает коиждо староста у себя в соборе благовестить на собор, и собираются коиждо в соборы своя, попы и диакони всего града от своих церквей. И после софейского благовести велит коиждо староста звонить во вся, коиждо у своего собору, и поднимают кресты по чину, а знаменской протопоп приходит в Успеньский собор, а Никольский протопоп приходит в Иваньский собор. И начинают молебен, а на молебне, идучи, поют ирмосы и сохраняют (выражение “сохраняют” — то же, что “спасают” — указывает на пение “Спаси от бед...”) по Достойно. Егда же со кресты идут в каменной город и из города, тогда на софейской колокольни звонят во вся. И пришед со кресты, и ставятся за олтарем у святых богоотец Иоакима и Анны. По сем протопопы и старосты и десятские диаконы входят в церковь Иоакима и Анны и знаменуются у мощей святителя Никиты, и приемлют от святителя благословение и от ключарей роспись каноном, которые на молебне пети, и паки исходят за олтарь святых богоотец Иоакима и Анны, и начинают молебен. Диакон: Благослови, Владыко; протопоп: Благословенн Бог наш; таже чредные священницы и диаконы Трисвятое и прочее молебну. И створяет другой протопоп с старосты и со священницы со обоих стран началнейшему поклонение два-два. И поют на молебне канони: 1-я статия Спасу за всяко прошение или о ведре или о дожди да Илии пророку; 2-я статию Успению Пресвятой Богородицы, 2-й творец 4-го гласа, да Чудотворцу Никиты, епископу новгородскому; 3-я статия Знамению Богородицы да Иоанну архиепископу; 4-я статия Рожеству Богородицы да Нифонту епископу; 5-я статия Рожеству Иоанна Предтечи да Еуфимию архиепископу; 6-я статия Иакову, брату Господню да Ионе архиепископу; 7-я статия Иоанну Богослову, да Моисею архиепископу, новгородским чудотворцом. А у ектеней возгласы говорят и евангелия чтут протопопы и старосты и священницы постепенно. И по всех канонех поют: Владычце, приими молитву; таже Трисвятое, и, по Отче наш, тропари и кондаки, имже каноны пети. Таже диакон ектению с кадилом: Помилуй нас, Боже, и по ектении протопоп молитву за всяко прошение или о ведре или о дожди и отпуст со крестом, и на отпусте поминает всех святых, имже каноны петы. И по отпусте протопопы з благословящими кресты, а с ними старосты и десятские попы идут в церковь богоотец Иоакима и Анны и подносят ко святителю кресты; святитель же, прием кресты, благословит себе, таже протопопов и старост и десятских диаконов благословит. И посем протопопов и старост и десятских диаконов благословит. И посем протопопы и старосты и десятские диаконы паки выходят за олтарь Иоакима и Анны, и благословляют протопопы кресты старост и священниц и диаконов и весь народ, прилучившийся ту, и кропят святою водою. И по сем коиждо протопопы и старосты идут со кресты во своя соборы, а идучи поют: Яко щедр и согласие (Согласием здесь называется двухголосное или трехголосное пение, которое при унисонном пении в целом в XVII столетии составляло шедевр духовной музыки и применялось в торжественных моментах богослужения). И пришед коиждо в свой собор, сотворь диакньства малая, чтут евангелие животворящему кресту и храму и ектения меншая: Помилуй нас, Боже, бес кадила, токмо о царе и святители и за вся христиане; возглас: Яко милостив и отпуст со крестом” (Голубцов. Чиновник Новгор. Софийск. собора, стр.236-238).

Многообразие порядков отправления утренней литии увеличивалось еще благодаря частным особенностям отправления ее в отдельных обителях. Так в Троице-Сергиевой лавре в день памяти преп.Никона 17 ноября, очевидно, в связи с зимним временем лития совершалась не вокруг стен обители, а в храм, посвященный преподобному. По этому поводу устав Троице-Сергиева монастыря говорит: “Всенощное поют в трапезе, а допевают в Никоне Чудотворце. Пропев “Утверди, Боже”, и отпуст сотворив, понесут диакони праздник в стихарех, а диакон с свечою, архимарит в ризахи и священницы, и братя вся, идут со свечами и пришед в Никон Чудотворец, поют стих, на целовании, приидете иночествующих, и поставят праздник среде церкве, а у раки чудотворца станут диаконы с свечами, архимарит целует и священницы и братия” (Горский. Описание, отд.3, ч.1, стр.380).

В Кирилло-Белозерском монастыре в монастырские праздники часть литии совершалась на судне, на котором крестный ход проезжал мимо обители. Здесь же на судне освящали воду, которой затем на берегу в монастырской конюшне кропили лошадей, о чем монастырские обиходники говорят: “На другом часы дни высходе выходим вне монастыря. Канон поют Пречистой да двенадцати апостолам, евангелие чтут в церкве предтечеве. А другая статя канон Флору да Лавру да Кирилу чудотворцу, евангелие чтут на конюшне, да воду святят едучи в судне августовым крещением (разумеется чин малого освящения воды). После первой стати и лошади на конюшни водою святят” (Ркп Лен. гос. публ. библ. Кир. No.732, л.92; No.733, л.80; No.734, л.30 и об.; No.738, л.34 и об.).

Освященная на крестном ходе вода служила не только для кропления несомых святынь и молящихся, но в отдельных случаях ею кропили городские ворота (Голубцов. Чиновники Моск. Успен. собора, стр.136. Чиновники Холмогор. Преобр. собора, стр.127-128.), в Новгороде же и Троице-Сергиевой лавре освященную в дни местночтимых святых и храмовые праздники воду как особую святыню посылали в Москву к царю (Голубцов. Чиновники Новг. Соф. собора, стр.54, 56, 95 и др.) и к патриарху (Горский. Описание, отд.3, ч.1, стр.374, 375, 380, 381.). Этого же обычая держались и в других городах, посылая, ввиду отдаленности Москвы, святую воду в ближайшие города. Так чиновник Холмогорского Преображенского собора говорит, что в храмовой праздник Преображения Господня архиерей посылал “протопопа да священника к городу Архангельскому со святыми водами (Голубцов. Чиновники Холмогор. Преображ. собора, стр.158.).

Утренние крестные ходы создались у нас под влиянием устава Великой Константинопольской церкви, где в праздники после утрени перед литургией совершались торжественные литании по улицам Константинополя. Прекратились эти торжественные крестные ходы в русской церкви в начале XVIII столетия; 1722 год ознаменовался целым рядом указов об отмене крестных ходов и соборных служений, стоявших в центре русского городского богослужения. Памятник этого времени “Устав московских святейших патриархов” — этот немой свидетель церковной жизни Москвы второй половины XVII и первой половины XVIII столетия — имеет на себе неоднократные пометки вроде: “К Николаю в собор с нынешнего 1722 году указали Святейший Синод праздновать полиелей, к Гостунскому архиерея наряжать не приказали и благовесту туды не было, пел протопоп тамошний со см собором...” (Др. рос. библ. X, стр.275-276); “1722 году ходов в собор по прежнему не было по указу из Синода...”; “Ходов не было 1722 году по синодальному указу...” (Там же, стр.418-420). Это же подтверждает другой памятник того времени “Треодион с Богом Святым...”, когда-то принадлежавший Московскому Успенскому собору: “1722 году по синодальному указу ходов никуда не было...” (Др. рос. вивл. XI, стр.116).

 

Далее

Rambler's Top100
Ремонт офисов и помещений
Винтажная система переговорных устройств для шикарного офиса, массив дерева
ineximgroup.ru
Львов экскурсии для школьников
львов экскурсии
sputnik8.com